Иллюзии в рассказе И. А. Бунина «Господин из Сан-Франциско»

Человек тонкой и чуткой души, проживший яркую, насыщенную душевными переживаниями жизнь, И. А. Бунин всегда стремился постичь главные жизненные ценности, понять, в чем смысл человеческого существования. Обладая богатым внутренним миром, писатель уделял большое внимание духовным, нравственным исканиям человека, потому что именно духовный мир считал самой главной ценностью человека и общества в целом. В своих произведениях Бунин воспевал высокие чувства, благородные стремления, созидательный труд человека. Будучи настоящим мастером «объективной прозы», писатель сознавал, что в реальной жизни, в современном ему мире все меньше внимания уделяется истинным нравственным ценностям. На первый план в этом мире все чаще выходят забота о материальных благах, комфорте, развлечениях и низменных потребностях. Сознавая пагубность влияния на человека современной цивилизации, Бунин стремился в своих произведениях открыть людям глаза, заставить их опомниться, встать на правильный путь, сохранить свою душу, а значит, и свою жизнь. Именно такую цель ставил автор в рассказа «Господин из Сан-Франциско», о котором критик Ю. Мальцев писал: Ø «От виртуозного блеска « Господина из Сан-Франциско» веет ужасом ». И действительно, только ужас можно испытывать, читая произведение, в котором за внешними деталями, за красочными огнями, пышными нарядами, дымом сигар, громкой музыкой и фальшивыми улыбками не видно человека. Его просто нет, все персонажи рассказа — маски, бездушные куклы, а само действие напоминает карнавал — бессмысленный, бесцельный, пустой праздник низменных стремлений и плотских удовольствий. Наблюдая картину происходящего, невольно начинаешь задумываться, неужели и сейчас нас может ожидать такая бесславная гибель. И как, пока не поздно, избежать такой участи. Основные события рассказа разворачиваются на пароходе, на котором главный герой, вместе с такими же богачами, как и он, отправляется в путешествие. Хотя вряд ли можно назвать событиями однообразную, «весьма размеренную» жизнь на пароходе. Тут «вставали рано, при трубных звуках, резко раздававшихся по коридорам еще в тот сумрачный час, когда так медленно и неприветливо светало над серо-зеленой водяной пустыней, тяжело волновавшейся в тумане; накинув фланелевые пижамы, пили кофе, шоколад, какао; затем садились в ванны, делали гимнастику, возбуждая аппетит и хорошее самочувствие, совершали дневные туалеты и шли к первому завтраку. До одиннадцати часов полагалось бодро гулять по палубам, дыша холодной свежестью океана, или играть в шеффульборд и другие игры для нового возбуждения аппетита, а в одиннадцать — подкрепляться бутербродами с бульоном; подкрепившись, с удовольствием читали газету и спокойно ждали второго завтрака, еще более питательного и разнообразного, чем первый; следующие два часа посвящались отдыху. Все палубы были заставлены тогда длинными камышовыми креслами, на которых путешественники лежали, укрывшись пледами, глядя на облачное небо и на пенистые бугры, мелькавшие за бортом, или сладко задремывая; в пятом часу их, освеженных и повеселевших, поили душистым чаем с печеньями; в семь повещали трубными сигналами о том, что составляло главнейшую цель всего этого существования, венец всего…» Что же было целью существования этих людей, так праздно и бессмысленно проводивших день за днем? Общение? Обмен впечатлениями? Исследование новых островов, стран, берегов? Конечно же — нет. Главным «событием» был обед, на который пассажиры собирались с особой тщательностью и усердием, а после него — танцы, «во время которых мужчины… задрав ноги, до малиновой красноты лиц накуривались гаванскими сигарами и напивались ликерами в баре, где служили негры в красных камзолах, с белками, похожими на облупленные крутые яйца ». Можно было бы, конечно, предположить, что все эти люди таким образом отдыхают, что в другое время они ведут насыщенную и содержательную жизнь, занимаясь интересными и нужными делами, развивая собственный внутренний мир и внося свой вклад в развитие и благополучие всего общества. Но в том-то все и дело, что о внутреннем мире героев в рассказе не сказано ни одного слова. А жизнь на берегу практически ничем не отличается от жизни на корабле. Наверное, потому-то и название для парохода автор избрал символичное — «Атлантида». Этот корабль выступает символом всего буржуазного мира, точно так же обреченного на гибель, как и древняя цивилизация. Рисуя контраст между верхними палубами, на которых находятся «сливки общества», и т

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>